"Если бы я начал фотографировать, то бросил бы кино"


Иван Дыховичный - 1970-е годы

Иван Дыховичный — фигура в российском кинематографе знаковая. Его картины «Черный монах», «Прорва», «Музыка для декабря», «Копейка», отличающиеся безупречным чувством стиля и нестандартными изобразительными решениями, были отмечены наградами, как в России, так и за рубежом. Фильмы ученика Андрея Тарковского, как сам себя называет режиссер, давно уже стали культовыми в среде киноманов. Но мало кто знает, что в конце 80-х годов Дыховичный по заказу Министерства культуры Франции снял документальную картину «Красная серия», посвященную советской фотографии.

Алексей ДУБРОВИН: Иван Владимирович, как вы для себя открыли искусство фотографии?

Иван ДЫХОВИЧНЫЙ: Фотографию я открыл для себя тогда, когда понял, что хочу снимать кино. В советское время кроме того, что я смотрел огромное количество недоступных для простого смертного фильмов, — мне это удавалось благодаря дружбе с одним переводчиком картин, — я начал смотреть невероятное количество фотографий.

Я очень люблю и ценю фотографию, я способен ее воспринимать. Я не профессионал, но ямб от хорея отличить способен. И главное, я испытываю к фотографии большой интерес.

Вы знаете, фотография — это пароль для очень многих людей искусства. Я знаю огромное количество композиторов, писателей, кинематографистов, которые, что называется, «торчат» от фотографии.

А.Д.: Кто ваши любимые фотографы?

И.Д.: Вообще я очень люблю Ман Рея, Брессона, Зандера. У последнего есть потрясающая фотосерия — портреты людей различных профессий: портные, кухарки, рыбаки, спортсмены, циркачи, — сделанная в 20—30-е гг. ХХ века.

Как стоит этот человек, как на нем «висит» рубашка, — этого нельзя выдумать. Задача художника — только увидеть это в природе.

А.Д.: В фотографии и кинематографе есть, несомненно, много общего. Камера, пленка, негатив, позитив. Как в кинематографе используется фотография?

И.Д.: В кино фотография используется в двух направлениях. Первое — это фотопробы, когда при помощи фотографии проводится отбор актеров. Режиссер на фотопробы приглашает актера, его снимают. Затем режиссер на основе полученного материала определяет, кто же ближе подошел к образу...

Вторая фаза — выбор натуры. Это когда вы ищите то место, где вы будете снимать. То есть вы как режиссер должны понять, какими в картине будут ракурсы, как будет стоять человек, насколько пропорционально это в кадре и так далее. И только фотоаппарат, на мой взгляд, только фотография даст вам возможность понять, годится ли это пространство для фильма или нет.

А.Д.: Фотопробы — это тест на фотогеничность?

И.Д.: Отчасти — да. Режиссер смотрит, насколько человек себя естественно ведет, когда на него направлена камера. Владимир Иванович Юсов, один из выдающихся наших операторов, с которым я имел честь неоднократно работать, всегда делает фотопробы. Причем фотографию он делает всегда черно-белую. Потом мы с ним вклеиваем фотографии в детский альбом и тщательно работаем с этим материалом.

А.Д.: Почему вы на этом этапе работаете с черно-белой фотографией?

И.Д.: В цветной фотографии есть обман. Цвет вас отвлекает. С цветной фотографией вы не будете чувствовать, насколько ясно и четко графически получилось то, что вам нужно.

А.Д.: А не легче ли делать видеопробы?

И.Д.: Да, сейчас многие режиссеры перестали делать фотопробы, делают видеопробы. Я считаю, что это категорически не правильно. Видеокамера вас обманывает. Делая видеопробы, вы получаете совершенно другое физиологическое, цифровое и какое еще угодно ощущение пространства в сравнении с фотопробами. Ложное ощущение. Делая видеопробы, на мой взгляд, режиссер сильно обманывается в том, что на видеопленке все будет именно так, как он задумал.


Фото В.Додонов. Портрет И.Дыховичного

А.Д.: Видео и фото — это разница форматов? То есть фотопленка ближе к кинопленке?

И.Д.: Я считаю, что дальше, чем видео, ничего от кинопленки нет...

А.Д.: Но сейчас существуют новые технологии, которые, говорят, вообще заменят кинопленку?

И.Д.: Наверное. Но пока мы к этому еще не подошли. И слава Богу. Двадцать лет назад, когда я только начинал заниматься кино, один очень известный человек (не буду называть его фамилию) сказал мне: «Вы сейчас начинаете заниматься кино, а ведь оно умрет через пять лет. Зачем нужно это кино, эта пленка? Скоро всего этого не будет». Но пока что если вы хотите что-то снимать серьезно — кино ли, рекламу, вы будете работать с пленкой. Еще ни о какой цифре речи быть не может. Я имею в виду качество.

А.Д.: А разница между цифровым аппаратом и пленочным, на ваш взгляд, есть?

И.Д.: Я не думаю, что кто-то из профессионалов, снимающих на пленку, так быстро перейдет на цифру. Он будет делать превью на цифру, будет снимать пробы на цифру, но конечный снимок сделает на пленку. А.Д.: В своей режиссерской работе вы используете фотографию как творческий материал?

И.Д.: В своей последней картине «Копейка» я снимал фоны на фотографию. И они фантастически работали. То есть у меня в кадре окно, а в окне у меня — фотография. Например. Мне не дали снимать на сталинской даче. То есть мне сначала дали разрешение, а потом определенные органы сказали: «Нет, нельзя». А у меня фильм сильно «завязан» на этом доме. Но я же не могу заново выстроить огромный зал сталинской дачи. И мы построили только коридор и дверь, которая ведет в основную залу. А за дверью установили огромную фотографию этого зала. В качестве фотографа на эту картину я пригласил замечательного российского фотохудожника Александра Самойлова. И он мне все замечательно снял с той точки, с которой зритель должен смотреть на это пространство.

Или, например, у меня в картине в кадр входит персонаж, а вдали при панорамировании мы видим коридор гостиницы 70-х годов. Где мне сейчас такую гостиницу найти, да и зачем я поеду эту гостиницу снимать? Мы сделали фоном цветное пространство, где у нас вдали — черно-белая фотография коридора, и она отлично работает.

Одно из основных мест действий «Копейки» — гараж, в котором металлическая сетка, а за этой ней должны стоять старые грузовики в снегу. Вы представляете, что мне нужно было делать, чтобы снять такое пространство? Завезти в павильон эти старые грузовики, насыпать снега в павильоне... Это нереально. А Самойлов сделал мне фантастическую фотографию грузовиков за сеткой. Я никогда не думал, что эта груда металла может так мощно смотреться. А у нас они даже оживают иногда.

Ведь кино — это иллюзия, а иллюзия создается не только компьютерными технологиями. Всякие там Гарри Поттеры, летающие черти на меня производят нулевое впечатление.

А.Д.: То есть фотография сейчас является частью вашего кино?

И.Д.: Да. Я и дальше буду ее всячески использовать, потому что фотография экономит мне не только время и деньги, она экономит мне поиск образа.

Она работает в кино намного более художественно, чем мы с вами можем представить. Вообще фотография, на мой взгляд, и близко не освоена в кинематографе.


Иван Дыховичный и телеведущая Юлия Бордовских

А.Д.: Иван Владимирович, а согласны ли вы с утверждением, что каждый кадр фильма, если их рассматривать по отдельности, является самостоятельной фотографией?

И.Д.: Это просто красивая фраза. Я вам скажу по-другому. Я по кинокадру могу сказать, кто режиссер этого фильма и кто оператор, если, конечно, это настоящее произведение искусства. В каждом таком кадре заключена энергия этих людей.

А.Д.: В конце 80-х вы сняли во Франции документальный фильм «Красная серия», состоящий из одних фотографий. Расскажите об этой работе.

И.Д.: Эта картина была сделана для кинофестиваля в Арле. Когда мне предложили сделать этот фильм, на дворе был 89-й год. Никаких шансов и никаких денег. У меня закрыли мою картину, я потерял всякую возможность даже появляться на студии. Бывает такое в жизни. И тут раздается звонок из Франции: «Вы не хотели бы сделать часовую картину про советскую фотографию?» Надо сказать, что я человек достаточно избирательный. У меня хватило мужества сказать единственное: «Вы знаете, я должен подумать. Позвоните мне завтра». На что моя жена сказала: «Ты что, издеваешься над нами? У нас есть нечего, ребенка завтра нечем будет кормить...» А я ей говорю: «Во-первых, нельзя так быстро соглашаться, во-вторых, я люблю фотографию, но ничего в ней не понимаю, а в-третьих, как это делать фильм из фотографий?» То есть ужас меня обуял полнейший. На следующий день мне перезвонили, и я дал свое согласие.

А.Д.: А почему именно вам сделали это предложение?

И.Д.: В то время вышла моя картина «Черный монах». За нее во Франции я получил безумное количество призов, в частности приз Жоржа Садуля за лучший в мире дебют. Вероятно, французы решили, что я неплохо чувствую изображение, поэтому они мне и предложили делать эту картину. Из Парижа приехала женщина, совершенно влюбленная в фотографию и сделавшая для этого фильма все, что только можно было сделать. Мы с ней договорились, что отбор фотографий буду проводить я. Так началась эта работа.

А.Д.: А как вы отбирали фотографии для фильма?

Французы хотели сделать не документальный фильм, а художественную картину из разных фотографических образов. Они изначально сориентировали меня по персоналиям. Мы вместе с ассистентом поехали по всему Союзу собирать фотоматериал. Причем я собирал фотографии, не имеющие ничего общего с советским официозом. Никаких там архивов «Огонька» или ТАСС. Мы встречались с огромным количеством фотографов. Все происходило так: я приезжаю в Харьков, встречаюсь с Бобом Михайловым, а он дает мне еще пять человек. И так далее по цепочке. Тогда люди пытались друг друга совершенно бескорыстно продвинуть. В итоге я собрал несколько десятков килограммов фотографий, с которыми и прибыл в Париж. Надо сказать, что как-то странно, что меня с таким грузом пропустили через таможню.

А.Д.: Французы вмешивались в творческий процесс, как-то давили на вас?

И.Д.: Абсолютно нет. Их позиция была такова — вы режиссер, значит, вы все придумываете и делаете сами. За французами была только техническая часть. Надо сказать, что во Франции очень уважают и ценят фотографию. Это страна, которая, с моей точки зрения, очень многое сделала, чтобы фотография превратилась в абсолютное искусство. И на тот момент Министерство культуры Франции проявляло гораздо больший интерес к советской фотографии, чем наше Министерство культуры.

Короче говоря, мне дали комнату большую, с окнами на Сену. Представьте себе — огромная комната, а в ней я один со своими двумя чемоданами фотографий.

Ничего более трудного и в то же время полезного с точки зрения работы я не никогда не испытывал. Я попросил сделать мне огромный деревянный стол, на котором я и раскладывал фотографии. Я изначально должен был в голове представить весь этот фильм.

Ко мне привели сценаристку — писать закадровый текст к картине. Но вот вопрос, как его писать? Ведь передо мной огромное количество фотографий совершенно разных людей. Лица, города, пустыни, реки, животные, обнаженные женщины... И надо сделать так, чтобы это каким-то образом было между собою связано.

И тут я понял, что попал в страшную западню. Мне нужно было либо застрелиться, либо убежать. Время идет. Ждут продюсеры, ждут операторы, когда я скажу, что можно начинать снимать. А я не знаю, что снимать и как. И тут мне приходит в голову решение картины. Я им говорю: «Никакого текста не будет. Если мы начнем рассказывать про каждую фотографию, то на это уйдет несколько лет. Давайте мы доверимся тому, что люди воспринимают фотографию на уровне энергетики, на уровне чувства. Нельзя про искусство рассказывать. Давайте попробуем сделать часовую картину из фотографий просто на музыке». Вот это очень важный момент, говорящий об уровне культуры французов. Мне объяснили, что во Франции довольно будет большой проблемой, если мы в фильме ни одну русскую фотографию не прокомментируем — ведь же они про нашу страну мало что знают. Для них нет ничего страшней, чем потерять работу и репутацию. Ведь это карьера, это биография. И их ответ был такой: «Пожалуйста, но тогда за картину полностью отвечаете вы».

А.Д.: Какое влияние на вас оказало это огромное количество фотоматериала?

И.Д.: Я должен сказать, что по степени энергетического влияния ничего равного я в своей жизни не испытывал. Если перед вами настоящая фотография, то вы с ней долго работать не сможете. Она на вас как-то действует. Там, в Париже, я начал ощущать, что мне физически тяжело, и это притом, что я трудоспособный и не слишком впечатлительный человек. Я делал кусок картины и понимал, что дальше не могу. Это меня потрясло! В хорошей фотографии есть абсолютная магия. Она всегда излучает какую-то энергию.

Я открыл для себя нереальное количество одареннейших, с моей точки зрения, людей. Если бы кинематографисты того времени увидели бы эти фотографии, которые столько лет пылились в столах, то они бы поняли, что фотографы уже сняли ту жизнь, которая через 5—6 лет выплеснулась на экраны страны. В этих фотографиях не было пошлости, не было «чернухи». А вот теплоты и любви к жизни я увидел такое огромное количество, что это стало настоящим открытием для меня! Мне очень много дала эта картина.

А.Д.: Иван Владимирович, а сами вы фотографируете?

И.Д.: Нет.

А.Д.: Почему?

И.Д.: Я, например, не играю на скрипке. Потому что на скрипке я играю плохо, просто кошмарно. Если бы я начал фотографировать, то я бы этим занимался и занимался. Я знаю, что меня это настолько бы увлекло, что я бросил бы кино. Многие собирают живопись, а я никогда ее не собирал, а вот фотографии я покупаю.

А.Д.: И они висят у вас дома?

И.Д.: Да. Причем я покупаю только те фотографии, которые влияют на меня положительно. Вот вы можете долго смотреть на картины Врубеля? Я, например, нет, хотя я Врубеля обожаю.

А.Д.: А как вы относитесь к постановочной фотографии?

И.Д.: Вы знаете, Илья Пиганов, художник, с которым я работал, делает постановочную фотографию. Он технологическим методом при помощи фототехники делает некие картины. Они изумительные, они безумно красивые, но это не фотография, в моем понимании. Да я уверен, что он и фотографом себя не считает. Постановочная фотография — это другой жанр.

У нас пока все слишком хотят быть шикарными и красивыми. Вот я, например, видел огромное количество фантастических фотографий обнаженного тела. Если вы думаете, что это были какие-то сентиментальные голые девочки в развевающихся шарфах, то вы ошибаетесь. Я видел грубых, брутальных людей, от которых просто невозможно оторваться. Фотография, если она не постановочная и не цифровая, — это зеркало. А зеркало не боится человека. Нас приучили любить придуманную, фальшивую, вазелиновую, пошлую жизнь. А у Брессона стоит какая-нибудь тетка в мохеровом платке, и глаз оторвать нельзя от этого человека. Ведь что такое Брессон? У него всегда один и тот же объектив, всегда одна и та же точка съемки. Он пытается сформулировать объективность. Вот это для меня фотография, и с ней вообще не пошалишь.

А у нас все в основном любят «красавиц» и «красавцев». Людям нравится Барби.

Вот если говорить о кинематографе, то ничего более постановочного, чем документальное кино, нет. Это я утверждаю. Вот возьмем войну, например. Да она вся постановочная. Военная кинохроника — это самый большой обман, который только есть. Я видел только несколько кадров из военной кинохроники, от которых у меня мурашки по спине бежали.

А.Д.: Означает ли это, что постановочная фотография — это некое вторжение в природу?

И.Д.: Конечно. Условно говоря, при помощи фототехники вы делаете некий орнамент. И это может быть грандиозно. Как в эпоху Возрождения, из фруктов, дынь и персиков складывается изумительный натюрморт, но это все никакого отношения не имеет к фотографии.

Над фотографией вы не будете работать два года, как, например, может над картиной работать художник. Вот обыватель, например, любит очень много вложенного труда. «Ну как же, — говорит он про художника, — он так долго рисовал, потратил много краски, вон сколько мазков...» А ведь фотограф, как и художник, тоже должен обладать огромным количеством знаний: композиция, свет, техника и так далее. И он щелкает затвором фотоаппарата — чик — и вот она, фотография. И все в ней есть. Это, на мой взгляд, самый честный путь.



Рабочий момент фильма "Музыка для декабря"

Комментарии

Стернин Александр
04.09.2009
0
Портрет И.Дыховичного мой - фото А.Стернин: я фотограф Театра на Таганке

Похожие статьи

Сплюснутая труба распадается на куски: саундбар Philips Fidelio HTL9100 /12
8 декабря 2013
Обзоры

Сплюснутая труба распадается на куски: саундбар Philips Fidelio HTL9100 /12

Компания Philips известна своими разработками, — это и магнитофонная кассета, и участие в разработке CD и DVD. Но, кроме этого, у инженеров компании хорошо получается усовершенствовать уже сделанное. Так, например, можно вспомнить и CD-рекордер Philips CDR 870 и телевизоры с подсветкой Ambilight. Не иссякает фантазия разработчиков компании и сегодня. Казалось бы, — из идеи усовершенствования звуковых панелей уже выжато все, что можно, — см. наш материал об их эволюции. Но «филлипки» опровергли это мнение, их саундбар приобрел возможность «распадаться» на несколько частей…

Симфония и Голливуд!
16 декабря 2005
Новости

Симфония и Голливуд!

Мы снова возвращаемся к теме недорогих решений для домашнего кинотеатра. Конечно, это мечта многих — иметь дома акустические системы и электронные компоненты премиум-класса, ведь такая техника будет льстить самолюбию владельцев многие и многие годы. Но, как показывает практика, далеко не все могут позволить себе такое дорогостоящее удовольствие.

Решения Toshiba стали продуктами года: телевизор 55ZL2R и ноутбук Qosmio X875
15 апреля 2013
Новости

Решения Toshiba стали продуктами года: телевизор 55ZL2R и ноутбук Qosmio X875

Москва, 12 апреля 2013 г. — Корпорация Toshiba с гордостью объявляет о том, что сразу два устройства, телевизор 55ZL2R и ноутбук Qosmio X875, стали победителями Национальной Премии «Продукт Года 2013». Qosmio X875 получил награду в номинации «Ноутбук», а 55ZL2R — в номинации «Инновационное решение». Торжественная церемония награждения прошла 11 апреля в рамках международной выставки потребительской электроники CONSUMER ELECTRONICS & PHOTO EXPO.

Новые беспроводные телефоны премиум-класса Philips S10 и S9
25 сентября 2012
Новости

Новые беспроводные телефоны премиум-класса Philips S10 и S9

Philips представляет новые беспроводные телефоны с технологией MobileLink, позволяющей синхронизировать домашний и мобильный телефоны.

Canon 6D Mark II протестирована в лаборатории DXO Mark
20 сентября 2017
Тесты

Canon 6D Mark II протестирована в лаборатории DXO Mark

Камера Canon 6D Mark II недавно была протестирована в лаборатории DXO Mark и по результатмосновных испытаний набрала всего 85 очков.Отметимв сравнении с другими моделями Canon довольно низкий показатель светочувствительности, равный 2862 ISO, и динамического диапазона не превышающий 11.9 Evs. В линейке похожих камер Canon зеркалка 6D Mark II получила наименьший рейтинг. Более подробная информация содержится в таблице

Обзор портативного ЦАП/усилителя для наушников Cayin C5DAC: располагает к музыке с продолжением вечером и ночью...
6 сентября 2016
Обзоры

Обзор портативного ЦАП/усилителя для наушников Cayin C5DAC: располагает к музыке с продолжением вечером и ночью...

Работа не волк, в лес не убежит… Ноги бы выдернул тому, кто первым сморозил на эту тему. Ладно бы речь шла о моей работе, а если в том же духе «выразятся» ЦАПы или усилители для наушников – например, новый Cayin C5DAC? Вот тут-то призадуматься в пору: а в чем, собственно, смысл жизни, если тебя тишина накроет? Осмыслив себя, как частицу мироздания, я пришел к простому выводу: смысл жизни – в хорошей работе, как минимум, хорошего ЦАПа. Работает – льется музыка, а вместе с ней - и бальзам на душу… Словом, возникает ряд неотложных вопросов: а что за ЦАП? Как работает? А какая музыка? И бальзам тоже будет? Что же, будем слушать и ловить то ли волков, то ли покемонов...

Новое приложение от компании PhotoFast поможет передать данные на iPhone 7-й серии в одно касание. Делайте апгрейд с удовольствием!
22 сентября 2016
Новости

Новое приложение от компании PhotoFast поможет передать данные на iPhone 7-й серии в одно касание. Делайте апгрейд с удовольствием!

Тайбэй, Тайвань – 22 сентября 2016 г. – PhotoFast, компания-лидер в создании iOS периферийных устройств хранения данных, сделала объявление о разработке нового приложения PhoneSwitcher App. Приложение упрощает перенос файлов со старых версий iPhone на новые iPhone 7 и iPhone 7plus.

Выставка «Фотоальбом Анри Картье-Брессона. 1932–1946»
19 сентября 2017
Новости

Выставка «Фотоальбом Анри Картье-Брессона. 1932–1946»

Мультимедиа Арт Музей, Москва продолжает знакомить с творчеством великого французского фотографа, одного из основоположников гуманистического направления в фотографии и сооснователя легендарного фотоагентства «Магнум» — Анри Картье-Брессона. В 2000 году в рамках Третьего московского международного месяца фотографии в Москве «Фотобиеннале 2000» в музее «Московский Дом фотографии» с огромным успехом прошла выставка «Анри Картье-Брессон. СССР: 1950–1970», сегодня МАММ представляет выставку «Фотоальбом Анри Картье-Брессона. 1932–1946», рассказывающую о раннем периоде творчества фотографа.

Тест смартфона ASUS ZenFone 2: миллионер без элитарных излишеств
7 июля 2015
Тесты

Тест смартфона ASUS ZenFone 2: миллионер без элитарных излишеств

Чуть менее года минуло с анонса первых смартфонов ZenFone, и вот первые результаты: мировые продажи превысили 10 млн штук, что весьма достойно для дебюта новой марки на рынке мобильных устройств с его жёсткой конкуренцией. Объявляя на днях новые ZenFone 2, компания ASUS объявила о намерении закрепить успех проверенным способом: предлагая производительные смартфоны на самой современной аппаратной платформе Intel Atom и самой современной программной платформе Google Android, с чрезвычайно широким набором актуальных функций, но без элитарных технологических излишеств, по совершенно «не флагманской» демократичной цене.

Соединяем на отлично!
28 апреля 2003
Новости

Соединяем на отлично!

Фирма IXOS выпускает весь спектр межкомпонентных соединений, необходимых для домашнего кинотеатра, видеосистем и стерео Hi-Fi. В последнее время марка стала весьма популярна в России благодаря превосходному соотношению цены и качества. Акустические кабели фирмы созданы с использованием фирменной технологии Gamma-Geometry TM, когда положительный и отрицательный проводники, несмотря на сплетение, располагаются параллельно и поддерживаются третьим «ложным» проводом из диэлектрика.